Записки дюзометриста » Загадки истории

Кстати, о рекламных кампаниях

Сергей Бережной — Thu, 15 Jul 2010 11:28:14 +0000

В начале 1990-х я в Севастополе регулярно слушал «Маяк» (вроде бы, не ошибаюсь, и это был именно он, с разнообразием каналов тогда была конкретная напряженка). Я даже не помню, какой у меня был приёмник, что-то очень отечественное, совмещённое с кассетником. И как раз в те времена «Маяк» стал резко ориентален. Причём только в одном конкретном смысле: передачи регулярно перемежались предложениями послушать великую духовную музыку учителя и композитора Сёко Асахара, которую безоговорочно признали таковой (великой и духовной, то есть) лучшие композиторы Вселенной, начиная с Чайковского Петра И. Музыка была очень простая и однообразная: «дё-дё-дё-дё-дёё дё-дё-дёёёёё», и то, что я её с тех пор не забыл, много говорит как о её несказанных достоинствах, так и о регулярности, с которой она появлялась в эфире. «В траве сидел кузнечик» отдыхал по полной программе. Никакому Киркорову такая регулярность ни тогда не снилась, ни теперь не светит. Каждый час, а то и чаще: «А теперь послушайте музыку великого композитора Сёко Асахара: Дё-дё-дё-дё-дёё дё-дё-дёёёёё…»"

Через пару лет случилась зариновая атака в Токийском метро и оказалось, что Сёко Асахара не только великий композитор, но и лидер зловещей секты Аум Синрикё. А радиостанция «Маяк», стало быть, была всё это время захвачена злодеями, которые через неё с фанатичной регулярностью зомбировали постсоветское пространство его «дё-дё-дё».

Денег на это убили, небось, немеряно, всему персоналу «Маяка» хватало на круглосуточные затычки в ушах, да ещё и на премии перепадало. Зато и результат каков – видите? Не видите? А что не видите – видите? Вот и я не.

Но «Маяк» я с тех пор не слушаю, да и всякое прочее радио не слишком. Задёдёкали, блин, на всю жизнь.

Дело на мыло

Сергей Бережной — Thu, 08 Jul 2010 10:31:07 +0000

То, как развивается сюжет с обменом Сутягина (плюс еще десяти фигурантов) на комплект «шпионов», вызывает у меня чувство глубокого охренения. Сама по себе «шпионская» история выглядела водевилем, не требующим музыкального сопровождения, но её конвертация (с подачи, если очевидцы не врут, американской стороны) в такой вот массовый бартер – это как-то слишком далеко за пределами моих представлений. Если я хоть что-то понимаю (а не факт), американцы нашли удобный повод вытащить своих проваленных агентов, в компанию которых Сутягин, единственная более-менее публичная фигура в списке, попал в него для добивания баланса (он-то каким боком к американским спецслужбам, ему этого в суде не инкриминировали, вроде?). При этом побранных в США российских «агентов» быстренько вывели из-под идущего вовсю судебного разбирательства (то есть, они дружно пошли на сделку с Госдепом, а суд просто это дело завизировал), что стало возможно благодаря стремительному признанию их «своими» нашим МИДом (а это же, вроде, совсем не в обычае?)…

Воля ваша, а выглядит всё так, будто порядок ходов был сильно заранее согласован и даже отрепетирован, а все административные тёрки тщательно отполированы по обе стороны океана. Мы по-прежнему смотрим водевиль, конечно, но с сильным привкусом паранойи. Приятного просмотра.

Сломаю-ка я себе пару стереотипов…

Сергей Бережной — Fri, 18 Jun 2010 07:39:29 +0000

Если вы знаете этот снимок – прошу пардону и молчания, если не знаете – попробуйте угадать, кто это. Фигура известнейшая, из школьной программы, и лицо тоже.

Я этого снимка раньше не встречал и он стал для меня открытием. Встречайте:

Шахматная машина фон Кемпелена

Сергей Бережной — Fri, 22 May 2009 19:34:28 +0000

Эта невероятная история была мне известна из шахматной литературы давно (да и статью-расследование Эдгара По я читал неоднократно), но, кажется, на русском языке исчерпывающе об истории «Турка» написал только Виктор Хенкин пару лет назад. До этого, как говорится, были варианты.

«В один из февральских дней 1770 года в венский дворец Хофбург было доставлено странное сооружение. Придворные окружили таинственный предмет, пытаясь отгадать, что придумал неистощимый Кемпелен. Но вот он сдернул атласное покрывало, и все застыли в немом изумлении. Перед взорами присутствующих предстала фигура турка, облаченного в пестрый восточный наряд. Турок сидел за деревянным сундуком. Его голова, покрытая чалмой, была чуть опущена, а глаза невидящим взглядом уставилась на шахматную доску с массивными фигурами.

- Ваше величество, – торжественно произнес Кемпелен, – предложите кому-нибудь сыграть с автоматом партию в шахматы.

- Господа, – улыбнулась Мария-Терезия, – кто примет вызов?

- Я! – отозвался молодой вельможа, слывший сильным шахматистом.

Кемпелен подошел к сундуку, вставил в отверстие ключ и завел пружину. И тут турок ожил. Голова его стала покачиваться из стороны в сторону, а глаза свирепо вращаться в орбитах. Затем он медленно протянул вперед руку, поднял с доски королевскую пешку, передвинул ее на два поля и замер в ожидании.

Гул удивления пронесся по залу. Вельможа снисходительно улыбнулся. Игра началась.

Но вот турок трижды кивнул головой и победоносно оглядел собрание. Вельможа вопросительно взглянул на Кемпелена.

- Это значит, что вам шах, – заметил Кемпелен. – И мат, – добавил он с лукавой усмешкой.

- Невероятно! – воскликнул уязвленный придворный. – В ящике спрятан человек!

Этого обвинения Кемпелен, конечно же, ожидал. Он молча подошел к сундуку и отворил дверцы. Внутренность была заполнена шестеренками, зубчатыми передачами, рычагами, валиками. Механический шахматист был безупречен…»